borismedinskiy

Category:

Архетип женственности, часть 2

Женщина в эпоху постпатриархата. Пол, гендер, общество

Часть 5: Архетип женственности


Быть женой и матерью.

Да, в наше время это правило уже не столь довлеющее, как во времена классического патриархата, но всё же ещё достаточно сильное даже в самых либеральных сообществах. При постпатриархате долженствования "быть женой" и "быть матерью" разделились и не представляют одно целое, как это было раньше, а потому "быть женой" я бы отнёс к третьему пункту, но вот "быть матерью"...

Обращаю ваше внимание на эту замечательную картину… Мать смотрит на нас спокойно и удовлетворённо — можно даже сказать, самодовольно. И у неё есть повод для этих чувств: её ребёнок смотрит на неё, как на божество, и чтобы у нас не было сомнений, молитвенно складывает ручки. В глазах девочки обожание. Все счастливы.
Обращаю ваше внимание на эту замечательную картину… Мать смотрит на нас спокойно и удовлетворённо — можно даже сказать, самодовольно. И у неё есть повод для этих чувств: её ребёнок смотрит на неё, как на божество, и чтобы у нас не было сомнений, молитвенно складывает ручки. В глазах девочки обожание. Все счастливы.
Вот ещё более идеалистическая картина. Тут центром выступает уже не мать и не любовная молитва ребёнка, центр тут младенец (мне кажется, что это мальчик), на которого направлено внимание матери и сестры. На нём сходится поцелуй, взгляд, кормящая грудь. Папа на работе, присутствующее на картине Святое семейство озаряют солнечные лучи… Мне самым удивительным в этой картине кажется отношение к ребёнку со стороны девочки — младенцев старшие братья/сёстры чаще терпеть не могут.
Вот ещё более идеалистическая картина. Тут центром выступает уже не мать и не любовная молитва ребёнка, центр тут младенец (мне кажется, что это мальчик), на которого направлено внимание матери и сестры. На нём сходится поцелуй, взгляд, кормящая грудь. Папа на работе, присутствующее на картине Святое семейство озаряют солнечные лучи… Мне самым удивительным в этой картине кажется отношение к ребёнку со стороны девочки — младенцев старшие братья/сёстры чаще терпеть не могут.
Из повести Гоголя "Тарас Бульба"
Из повести Гоголя "Тарас Бульба"


Ребёнок для женщины - это совсем не то, чем он является для мужчины. Для подавляющего большинства мужчин, как я думаю, ребёнок - это вечный источник беспокойства и проблем. Искреннее внимание начинает проявляться обычно только тогда, когда подросшее чадо начинает демонстрировать интерес к тому, что представляет интерес для самого мужчины. Э.Фромм называл утрированную отцовскую любовь "условной" - т.е. любовь не за просто так, не за самоценность ребёнка, а за соответствие ребёнка ожиданиям отца. Условной любви отца Фромм противопоставляет безусловную любовь матери, которая отличается от отцовской принципиально: её не зарабатывают, её получают в дар, просто так. Разумеется, в реальном родителе едва ли встречается любовь только одного типа, на деле можно видеть смешение обеих видов любви, но общая тенденция действительно такая. Не стоит считать материнскую безусловную любовь как однозначно лучший вариант в сравнении с условной отцовской - условная любовь даёт человеку больше свободы, даёт возможность влиять на родителя и стимулирует развиваться, в то время, как безусловная любовь совершенно независима от самого ребёнка и никак не поддаётся манипуляциям с его стороны - она или есть, или её нет, она или благословение, или проклятье. Безусловность материнской любви, возможно, можно объяснить тем, что женщина, родившая ребёнка, испытывает то, чего не дано испытать ни одному мужчине - подлинное единство с другим живым существом, единство на физическом уровне. Пережив такого рода единение, ощутив полную зависимость нарождающегося тела от матери - сначала вовремя беременности, а потом во время вскармливания. Возможно, что это несколько объясняет тот факт, что многие женщины ощущают своего ребёнка как некое продолжение себя самой. Можно ли сказать, что мы безусловно любим и потому автоматически, чисто рефлекторно оберегаем части собственного тела, свои руки и ноги? Разумеется, слияние с ребёнком на таком уровне знакомо далеко не всем женщинам. Немало женщин, которые совсем не испытывают единения со своим ребёнком, так же бывают случаи, когда женщина ненавидит своего ребёнка уже на стадии беременности - это может быть, например, в случае случайной, нежелательной или вообще вынужденной беременности, когда женщина подверглась изнасилованию, а законы страны запрещают делать аборт. Плод внутри себя женщина может ощущать, как инородное, чуждое тело, которое, подобно паразиту, сосёт жизненные соки, отравляет жизнь и от которого надо как можно скорее избавиться...

Говорят, что есть материнский инстинкт. В случае человека это может быть правда только частично, так как у человека нет инстинктов в прямом смысле этого слова, хотя есть побуждения, которые могут выражаться в разных формах и очень индивидуально. А потому не так мало женщин, про которых говорят (или они сами говорят о себе), что у них нет материнского инстинкта. Так что совершенно необязательно, что мать будет безусловно любить своего ребёнка, хоть ряд народных утверждений, убеждений и идеологем говорят об обратном. В обществе существуют вполне чёткие правила о том, какой должна быть мать и потому каждая женщина, становясь матерью, обязана их соблюдать. 

Выше я писал о культе красоты. Есть так же культ материнства и он выражен сильнее предыдущего. Это легко объяснимо тем, что материнство, в отличие от красоты, вещь куда более конкретная, весомая и чрезвычайно важная для общества. А потому культ матери (корни которого можно просмотреть ещё в доисторических временах, во времена матриархата) не мог не возникнуть и не дойти до наших дней. Согласно этому культу (в его современном виде, разумеется) женщина неизбежно любит своего ребёнка и живёт жизнью своего ребёнка. В разных обществах и в разные времена менялись представления о том, в какой форме и как долго мать должна быть привязана к своему ребёнку, но сейчас я вижу тенденции к тому, что женщина может оставаться в фазе "активного" материнства пожизненно. Под "активным материнством" я имею в виду ситуацию, когда мать принимает самое прямое участие в жизни ребёнка и является ведущим агентом социализации, т.е. она является главным человеком в жизни ребёнка. И этот период не может длиться меньше двух-трёх лет по биологическим причинам: по некоторым данным, развитие ребёнка младшего дошкольного возраста не может идти нормально, если у него нет одного, постоянного человека, который осуществляет уход за ним. Дальнейшее участие матери в жизни ребёнка остаётся очень важным, хотя его значение может несколько снижаться в связи с появлением других значимых лиц. Разные культуры дают разные предписания о длительности периода "активного материнства". Иногда этот вопрос остаётся на усмотрение семьи, иногда же он жёстко ограничивается - в первую очередь это касалось мальчиков, а в Спарте это касалось вообще всех детей. Я вспоминаю душераздирающий эпизод из Тараса Бульбы, где в самом начале повести была сцена прощания матери с сыновьями. Традиции и культурные особенности описываемого общества Запорожской Сечи диктовали такие правила воспитания и социализации, при которых значение матери для подросших мальчиков было относительно незначительным в сравнении с влиянием отца и мужской общины ,что было неизбежно, учитывая условия практически непрекращающейся войны. Впрочем, классический патриархат не только ограничивал влияние матери на детей - он же и прививал женщинам культ материнства. Лозунг классического, утрированного патриархата можно вывести уже приводимыми выше словами: "Каждый мужчина - солдат, каждая женщина - мать солдата!" В этом лозунге продиктованы гендерные роли, прописаны смыслы для каждого пола, следовать которым было неизбежным уделом каждого члена общества. Культ материнства насаждался и одновременно был ограничен властью мужчин, чьё главенство было очевидным и вседовлеющим, так как культ войны и силы был главенствующей идеологемой патриархального общества. Так как материнство является главной функцией женщины, то ребёнок для женщины является абсолютной, безусловной ценностью. В современном варианте культа материнства этот постулат об абсолютной ценности ребёнка расширился: теперь это так не только для женщин, но и для мужчин... Важно подчеркнуть - речь идёт только о СВОЁМ ребёнке. Тараса Бульбу с его знаменитым "я тебя породил, я тебя и убью" сейчас не поймут. Современный вариант культа материнства не подразумевает (точнее, не предписывает как обязательную) любви к детям вообще - только к своему собственному. Точнее, собственным, потому что считается, что всех своих детей мать любит одинаково. Так же есть неявный, но всё же крепко укоренившийся в культуре постулат о том, что матери виднее, что надо ребёнку, как его воспитывать и что с ним делать, так как "существует особая связь между матерью и ребёнком". Разумеется, при этом не имеется в виду, что это связь матери и ребёнка только дошкольного возраста, нет - подразумевается пожизненность и неразрывность этой связи...

С концом классического патриархата власть материнства над женщиной усилилась многократно, так как ни сила традиций, ни общественные долженствования уже не могут ничего противопоставить силе материнского культа. Ушли в прошлое святость Отчизны и воинский долг, пересмотрены взаимоотношения с общественным мнением и общественными институтами, семья обнеслась частоколом неприкосновенности частной жизни, всё стало неважным, кроме личного блага и блага своей семьи - даже не семьи, а своего ребёнка! Но параллельно с этим росли права ребёнка, рос культ детства, культивировалось уважение к личности ребёнка — можно вспомнить, к примеру, конвенцию о правах ребёнка в Нью-Йорке 20 ноября 1989 г. где к декларации о правах ребёнка добавили несколько пунктов о том, что ребёнок имеет право на своё мнение, право на получение информации и право свободно высказывать свои мысли. О диспропорции привилегий детей и ответственности родителей стоило бы поговорить отдельно, но не в рамках данной статьи, сейчас я ограничусь лишь тезисами. Они в следующем: во-первых, культ материнства, доставшийся нам от классического патриархата остался, в то время как алгоритмы его ограничения ушли в прошлое; во-вторых, права ребёнка и ювенальная юстиция породила ситуацию, когда дети стали наиболее привилегированными членами общества. Ребёнок для женщины стал одновременно причиной невротизации из-за сверхответственности, которую возложило на неё общество, и одновременно своеобразным документом, подтверждающим её собственную ценность и её собственные права. Современное явление, получившее в народе обидное прозвище "яжмать" хорошо иллюстрирует моё утверждение. Думаю, что стоит дать чёткое определение "яжматери" - это, по сути, олицетворение постулата о привилегированности и сверхценности ребёнка, который при этом может вести себя совершенно безобразно, мешает окружающим. Но если кто из окружающих осмелится сделать ребёнку или его матери замечание, то мать реагирует на это чрезвычайно агрессивно. Установки такой женщины просты: во-первых, её ребёнок сверхценен, он является подтверждением её собственной ценности, а во-вторых, она имеет право предъявлять окружающему миру претензии на том основании, что у неё есть ребёнок, ну и в-третьих, "яжматери" совершенно плевать на окружающих, в том числе и на окружающих детей. "Вы понимаете, если МОЙ РЕБЁНОК хочет эту игрушку, то я украду, убью, пойду на панель, но достану ему это!" Такая позиция иногда может восприниматься, как геройская, хотя по сути она преступна. Любой грабитель, выходящий на большую дорогу в поисках жертв, может прикрыться тезисом о том, что, дескать, он не допустит того, чтобы ЕГО РЕБЁНОК жил в бедности - а что же до ограбленных людей (у которых тоже могут быть дети), то плевать - на всё плевать, когда речь заходит о СВОЁМ РЕБЁНКЕ. Мир не стоит слезинки ребёнка, если это ТВОЙ ребёнок. Живи ради СВОЕГО РЕБЁНКА, и любое хамство, любая низость и любое преступление автоматически оправдывается, если причиной им была защита благополучия СВОЕГО РЕБЁНКА. И стоит признать, что постпатриархат породил такие условия, когда действительно - позиция "яжматери" становится достаточно логичной и последовательной. В постпатриархальном мире действительно рухнула большая часть прежних ценностей, общество атомизировалось, идеология потребления и агрессивного индивидуализма (об этом подробнее я писал в статье "философия предательства") стали доминирующими и потому человек, который без всякой критики усвоил эти ценности современности, но при этом не стал в полной мере успешным, легко придёт к установкам "яжматери". Его ребёнок станет его последним козырем, последним аргументом для мира, в котором он не стал успешным, не стал победителем, а попал в отстойник для неудачников. Да, можно отметить и такой штрих "яжматери" - это, как правило, социальные неудачники. И обычно они на самом деле не любят и не ценят своего ребёнка, они нуждаются в нём лишь как в справке о собственной значимости... Впрочем, дело может быть не только в этом. В современных условиях ребёнок может стать для женщины в том числе и способом экономического благополучия, способом претендовать на процент от доходов биологического отца, а потому существует негласная "профессия" охотниц на обеспеченных мужчин. Разумеется, сам ребёнок при этом является исключительно средством, а не целью.

Параллельно с этим есть и второе современное явление, диаметрально противоположное феномену "яжматери", но такое же постпатриархальное - это "чайлдфри". Это не просто бездетность, это активная позиция, нередко сопровождаемая достаточно настойчивой пропагандой своих взглядов. Как и явление "яжмать", чайлдфри несёт на себе печать агрессивного индивидуализма, т.е. оба этих явления произрастают из одного корня, оба этих явления в равной степени порождены постпатриархатом... Сторонники "чайлдфри" нередко могут быть социально успешными, образованными людьми, которые в личном общении значительно приятнее "яжматерей", но масштабах социума это явление, конечно, ещё более деструктивное, так как угрожает самому существованию общества.

Теперь несколько слов о самой материнской любви... Мне категорически не нравится само это словосочетание за ту эмоциональную нагрузку, которая заложена в это понятие. Вот стихотворение, в котором отображено, наверно, типичное отношение к понятию материнской любви:

Жизнь на Земле подарила, Чтоб видел закат и рассвет. Заботой такой окружила, Которой цены даже нет.

За Вас, перед богом в ответе, Прошепчет молитвы свои. Нет ничего на свете, Светлей материнской любви!

Выслушать сможет, утешить, Ведь для неё навсегда, Вы остаётесь ребёнком, Хоть пролетели года.

Она и откликнется сразу Хоть за чертой позови. Нет ничего на свете, Сильней материнской любви!

Она, Вас любого примет, Хоть сердце болит и душа. Ей больно, когда, Вас обидят И жизнь не с теми прошла.

Когда даже все отвернутся, Раскроет объятья свои. Нет ничего дороже, Земной материнской любви!

Автор: Ильченко Полина

В этом стихотворении отображён целый ряд свойств условной матери: её пожизненная ответственность за ребёнка, абсолютность безусловной любви к ребёнку (и, соответственно, полное отсутствие условной), неизменность отношения к ребёнку (хоть сам ребёнок неизбежно будет меняться по ходу взросления), а так же абсолютизация ценности материнской любви и, как следствие, самой матери... Сколько раз вы слышали фразу о том, что "мать - это святое", что "никто не заменит мать" и прочие подобные прописные истины? А действительно ли прописные истины являются априори верными, как аксиомы в математике? Я практикующий психолог и за годы практики очень много раз убеждался в том, что женщины, как это ни странно, бывают разные, а все матери - это всегда женщины. И представьте себе - женщина совершенно не обязательно будет любить своего ребёнка!

Что такое любовь? Высшая сила, безликая стихия, капризы купидончика с луком и стрелами? Или это производная от человека и потому будет нести на себе печать человеческой индивидуальности того, кто любит? Можно ли отделить любовь от любящего? Можно, конечно, но только как упражнение в абстрактном мышлении, на практике это невозможно - впрочем, так можно сказать вообще о любой абстракции. Нет любви вообще - есть любовь конкретного человека и потому она может кардинально отличаться от любви другого человека в точно такой же степени, как один человек отличается от другого. Понятно, что с материнской любовью дела обстоят точно так же, как и с любовью вообще. Любовь всегда индивидуальна, а потому и относиться к ней надо индивидуально, а постулат об абсолютности и святости материнской любви - это полнейшее обобщение, недопустимое не только в психологии, но и вообще в современной жизни... Нет никакой материнской любви, есть любовь конкретной женщины к её конкретному ребёнку! Она будет индивидуальна, и потому другого своего ребёнка женщина неизбежно будет любить ИНАЧЕ - вопреки утверждению, что мать любит всех своих детей одинаково. Нередко бывает, что женщины выбирают себе любимчика - такого ребёнка, который наиболее соответствует её чаяньям, а к другому ребёнку отношение может быть прохладное или даже неприязненное. Что, вы не согласны с тем, что мать может неприязненно относиться к собственному ребёнку? Уверяю вас - такое возможно и, думаю, каждый читатель сможет, мысленно перебрав знакомые семьи и отбросив стереотипы, прийти к этому выводу: да, мать может не любить своего ребёнка! Неоднократно я сталкивался с ситуацией, когда мать испытывала к своему ребёнку ненависть - в чём она, разумеется, могла не признаваться даже самой себе, но её действия и эмоциональные реакции говорили сами за себя. Разумеется, это не самые типичные, достаточно редкие, но отнюдь не уникальные случаи.

Так как матери и материнской любви приписывается целый ряд сверхъестественных, божественных свойств, то неудивительно, что уже на второй картине у ребёнка молитвенно сложены руки
Так как матери и материнской любви приписывается целый ряд сверхъестественных, божественных свойств, то неудивительно, что уже на второй картине у ребёнка молитвенно сложены руки
Вспомним Фромма, который говорил, что безусловная материнская любовь являет собой благословление (если она есть) или проклятье. Вот притча, подтверждающая этот архетип. Человек не сделал ровным счётом ничего, но материнской любви хватило, чтобы из посредственности сделать ангела.
Вспомним Фромма, который говорил, что безусловная материнская любовь являет собой благословление (если она есть) или проклятье. Вот притча, подтверждающая этот архетип. Человек не сделал ровным счётом ничего, но материнской любви хватило, чтобы из посредственности сделать ангела.
Глядишь, и у этого нелюдя крылья вырастут благодаря материнскому благословлению!
Глядишь, и у этого нелюдя крылья вырастут благодаря материнскому благословлению!


Говоря о том, что женщина не всегда признаётся не только другим, но и самой себе в своих истинных чувствах к ребёнку, я подразумеваю, что главными жертвами стереотипов о том, какой должна быть мать, являются сами женщины. Если женщина не будет испытывать абсолютной безусловной любви к своему ребёнку, если она не хочет посвящать детям всё своё время, если у неё есть не связанные с материнством интересы, если ребёнок раздражает её или неинтересен ей, то она будет чувствовать себя ПЛОХОЙ МАТЕРЬЮ, что бывает несовместимо с хорошей самооценкой и самоуважением. В связи с тем, что в настоящее время во всех бедах, неудачах и проблемах ребёнка винят исключительно родителей (воспитание стало делом практически исключительно внутрисемейным), то ТОЛЬКО родители несут всю полноту ответственности за ребёнка. Я пишу "родители", но подразумеваю матерей, так как с одной стороны очень много матерей-одиночек, а с другой стороны ещё больше как бы полных семей, в которых мужчина добровольно или принудительно отстраняется от воспитания. В таких условиях матери неизбежно невротизируются под гнётом лежащей на них абсолютной ответственности за ребёнка, за его успешность и конкурентоспособность...

Таким образом, атомизированность общества в полной мере сказалась и на подходе к воспитанию детей - теперь оно почти совсем перестало быть общественным делом и носит частный характер. Это можно выделить как одну из характерных для постпатриархата черт - частный характер воспитания, когда ТОЛЬКО родитель может сделать ребёнку замечание и только в уважительном, корректном тоне! Этого не наблюдается в странах с сохраняющимися патриархальными отношениями, в которых любой взрослый человек имеет право сделать ребёнку замечание - тут есть немалая доля местной культурной специфики, но всё же в целом есть такая тенденция. В таких обществах, как правило, высок авторитет общественного мнения и устоявшихся традиций, что даёт свой эффект в воспитании детей - оно становится более общественным. Для иллюстрации этого положения рекомендую посмотреть, например, иранский фильм "Дети небес", в котором любой уличный торговец мог строго погрозить пальцем шумному ребёнку, и тот отнесётся к постороннему взрослому со всем пиететом... Совсем иначе обстоит дело в наиболее развитых и потому наиболее постпатриархальных странах вроде Финляндии или Швеции, в которых на законодательном уровне ребёнок защищён от наказаний вообще и от наказаний со стороны своих родителей в частности. Ребёнок там может бегать в ресторане по столам и никто не вправе сделать ему замечание. Впрочем, диалектический закон о сходстве противположностей срабатывает и тут: в Норвегии существует закон "об охране детства" и наделённая широкими полномочиями социальная служба "барневарн", которая следит за исполнением этого закона. В итоге воспитание детей на государственном уровне принимает как бы общественный характер, но именно что "как бы"! Суть постпатриархата от этого не меняется, напротив - проявляется наиболее ярко, так как ответственность родителей в таком обществе становится ещё более довлеющий. Общественное вмешательство в воспитание происходит не с целью взять на себя часть воспитательной функции и облегчить положение матерей и отцов, а с целью контроля родителей, проверки их соответствия некому идеалу... Поводом для проверки может стать любая, даже самая незначительная причина вроде плохого настроения ребёнка в школе. Родители словно сдают экзамен на протяжении всего детства своего отпрыска и в случае провала лишаются родительских прав и даже права видеться с ребёнком - если на то будет воля экзаменатора. В спорных вопросах мнение ребёнка весомо, а у взрослого человека (родителя, учителя, воспитателя) нет никакого пиетета. Можно сказать, что относительно взрослых работает презумпция виновности, что можно расценивать, как обратную дискриминацию. Это хорошо показано в датском фильме "Охота", снятым по реальным событиям.

Тема материнства не менее обширна и глобальна, чем тема красоты, и развивать её можно ещё очень долго, но всё же пора на это остановиться, чтобы не потерять основной мысли... Напоминаю - мы рассматриваем феминные клише, те долженствования, которые довлеют над каждой женщиной, стремящейся к тому, чтобы быть "настоящей". "Настоящая женщина" в той же степени патриархальное и архетипичное явление, что и "настоящий мужчина" и ровно в той же степени трудновыполнимое на практике. Почему? Потому что важнейшим условием для того, чтобы быть "настоящей женщиной" является наличие рядом "настоящего мужчины". Это ставит женщину в заведомо зависимое от мужчины положение. Тут мы подходим к третьему долженствованию -

Быть мужским объектом

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic