borismedinskiy

Category:

Матриархат, патриархат и феминизм, часть 1

Женщина в эпоху постпатриархата. Пол, гендер, общество

Часть 3: Матриархат, патриархат и феминизм

Вступление

Есть темы, о которых писать трудно - но не потому, что они кажутся особо сложными, а потому, что они щекотливы. Поневоле начинаешь думать о чувствах читателя, спиной ощущаешь давление общественного вкуса и моды. Писать о вообще человеке легко - это не щекотливая тема. А потому можно чувствовать себя свободным. Человека объявляли венцом природы, объявляли выродком, его презирали и им восхищались - и это всё можно, любое из мнений имеет право на существование в глазах общественности. Пожалуй, негативное мнение даже приоритетнее. В настоящее время человека вообще модно критиковать. Что он жесток и хуже зверей, что он гадит и отравляет планету и вообще котики лучше. Сейчас как-то не особо цитируют Горького, что человек - это звучит гордо. Или, тем более, Паустовского, что человек - самое высокое звание. Демотиваторов же о человеческой несправедливости, жестокости, низости и несовершенстве пруд пруди. В эпоху постмодерна восхищаться человеком и верить в человека считается дурным тоном, гораздо изящнее и тоньше - это высказать скепсис относительно человеческой природы и поиронизировать над советскими классиками. Но всё меняется, когда мы говорим не о человечестве вообще, а о какой-то его части... Например, о детях. Критическое замечание о детях - и держись, народный гнев не замедлит покарать того, кто осмелится сказать что-ни будь не то о "лучшей части человечества"! Дети хороши априори, хороши изначально, это потом они портятся. Родители недолюбили, общество недодало - вот и выросли в неправильных, злых взрослых. Третий глаз закрылся, космическая мудрость ушла обратно в космос, а природная гениальность была вытравлена социализацией... Несколько проще пока с критикой людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией - их кое-где даже полагается критиковать. Но в интеллигентных кругах осуждать этих граждан давно уже моветон - это примерно как неодобрительные отзывы об евреях. Гомосексуализм уже давно не считается отклонением, в МКБ-10 он не числится, а это значит, что те, кто считает подобное поведение не нормой, будут считаться отмороженными гомофобами, а это по шкале остракизма где-то рядом с антисемитами и нацистами. Вот написал я сейчас гомофобов и антисемитов рядышком и думаю - а не обидится ли кто? На всякий случай - я никого не хотел обидеть, я не гомофоб и не антисемит. И писать сейчас буду не о них, а об обществе, женщинах, патриархате, тенденциях развития социальных отношений... Это, вроде, не особо критическая статья, но она не проникнута возмущением о том, что права женщин нарушались на протяжении практически всей истории человечества. А это уже опасно, я уже не попадаю в мейнстрим...

В ряде западных стран сложилась ситуация, при которой человечество в целом без проблем подвергается любой, даже самой уничижающей критике, но отдельные части человечества вроде детей, евреев, негров, геев и женщин объявляются неприкосновенными группами населения. О них как о покойниках - либо хорошо, либо ничего. У нас в России не так всё толерантно, что даёт больше свободы слова. Да, вы никогда не думали, что свобода слова (в том числе и разумного, компетентного слова!) и толерантность в западном понимании никак не могут совмещаться? Впрочем, толерантность препятствует не только свободе слова, она ещё служит разобщению общества, его дроблению на маленькие, отчуждённые друг от друга группы людей, каждая из которых будет формировать свою субкультуру. Все эти субкультуры будут нести свой заряд неприятия, противопоставления, агрессии по отношению к остальным, другим, и время от времени этот заряд будет неизбежно прорываться, требовать от остальных уступок и покаяния, требовать сакральных жертв... Таким образом, толерантность может служить оружием выделенного меньшинства против большинства, а в глобальном, стратегическом масштабе - орудием раздробления общества.

Готовясь к этой статье и собирая материал по теме феминизма, я был поражён разнообразием и пестротой различных феминизмов – их более десятка разновидностей, многие из которых во всём, кроме названия, диаметрально противоположны. Это очень показательно… Феминизм раздроблён не в меньшей степени, чем само общество, с которым он как бы борется. Единства нет, как нет и чётких целей, есть группки людей, каждая из которых недовольна окружающей действительностью, но с очень смутным представлением о том, какой они хотели бы видеть окружающую действительность. Вопрос об окружающей действительности я буду раскрывать в этой и последующих частях, сначала предлагаю без снисхождения или подобострастия, без цели обидеть или сделать комплимент, т.е. без какой-либо эмоциональной окраски рассмотреть мужской и женский пол (что я сделал в первой и второй части), а так же общество, в котором существуют и взаимодействуют люди разных полов. Я убеждён, что единственный способ сделать это подлинно научно – это подойти к женскому вопросу не как к отдельному, самостоятельному вопросу, но как к вопросу о человеке в целом.

Матриархат, патриархат и феминизм

По мнению профессора В.Н. Дьякова, каждое общество на ранних стадиях своего развития было матриархальным. Не все в научных кругах разделяют эту точку зрения, но есть единогласие в том, что, как правило, рост женского статуса в обществе наблюдался на начальном этапе развития культуры земледелия - просто не все готовы называть это матриархатом, тем более у нас очень мало достоверных данных о тех древних временах. Важность роли женщины в обществе раннего земледелия выросла в связи с тем, что раннее земледелие во многом аналогично собирательству каменного века и было традиционно женским занятием, в отличие от охоты - занятия сугубо мужского. 

В примитивных сообществах того времени отсутствовали привычные нам общественные институты семьи и частной собственности. Можно сказать, что это были относительно небольшие (200-300 человек максимум) родовые сообщества людей, связанных родственными узами по материнской линии с коллективным (общинным) владением землёй. Едва ли в этом обществе могла быть жёсткая вертикаль власти с королевой во главе. Социальное расслоение и социальная иерархия была выражена неярко, так как это было по своей сути коммунистическое общество (т.н. первобытный коммунизм), а потому называть это общество матриархальным в смысле главенства женщин действительно сложно. Но давайте посмотрим не с точки зрения структуры, а с точки зрения стратегии и цели общества, и мы увидим, что эпоха раннего земледелия (эпоха матриархата по Дьякову) - это эпоха развития без конкуренции с соответствующими культами плодородия и богини-матери. Матриархальное общество - это неагрессивное общество, которое заботится о собственном росте не в ущерб другим - скорее всего в силу того, что этих самых других в те давние времена было очень мало и конкурировать с ними просто не было никакой необходимости. 

Видный американский археолог и лингвист литовского происхождения Мария Гимбутас выдвинула красивую гипотезу о матриархальной Старой Европе, мирно развивавшуюся в период неолита, но позже её культура была вытеснена пришедшими с востока агрессивными, патриархальными праиндоевропейцами. Они положили конец "золотому веку" мирного, толерантного матриархального общества, наследие которого осталось в элементах эллинской культуры, в культуре и языке народа басков, почитании у древних славян Матери Сырой Земли. Концепция Гимбутас не находит широкого признания в научной среде, зато было поднято на щит феминистским движением, в особенности т.н. экофеминизмом. К теме феминизма я ещё вернусь, прежде посмотрим на патриархат, с которым современные феминистки так отчаянно борются.

Мария Гимбутас, автор курганной теории
Мария Гимбутас, автор курганной теории
Дева, Мать и Старуха — женское триединство, олицетворяющее Белую Богиню
Дева, Мать и Старуха — женское триединство, олицетворяющее Белую Богиню


Патриархатом называют главенство в обществе мужчин. Но, как и в случае с матриархатом, это лишь его внешняя сторона, давайте лучше посмотрим не на его форму, а на саму его суть, на его содержание...
Патриархат по своей сути - это культ силы, борьбы и конкуренции. Как только перед обществом встала задача бороться и конкурировать, патриархат стал естественным приспособлением общества для выполнения стоящих перед ним задач. Да, мужчины лучше приспособлены для борьбы и войны, ими можно рисковать и жертвовать без большого ущерба для общины в целом. Если общество выставляет на поле битвы женщин, то оно проиграет как тактически - женщины в среднем на 30% слабее мужчин, а и потому бойцы из них хуже - так и стратегически - потому как от женщин зависит репродуктивная способность социума. А потому как только древние общества встали на путь конкуренции, так они сразу же неминуемо становились патриархальными как в смысле формы (главенство мужчин), так и по своей сути (культ силы и конкуренции). По Гимбатус, в Старой Европе был культ богини-великой матери, плодородия и быка - животного исключительно сельскохозяйственного и тяглового, в то время, как у индоевропейцев был культ войны и коня - животного, которое связано с экспансией и битвой. Так что если мы предположим, что в древности и были конфликты между матриархальными и патриархальными обществами, то исход этих столкновений был бы предопределён заранее.

Я не считаю уместным спорить о том, что лучше и правильнее - матриархат или патриархат, так как у них были разные цели и задачи и каждый вид социального устройства был адекватен тем условиям, в которых возникал. Патриархат сменил матриархат не в силу "мужского заговора" или "войны полов", а в силу сменившихся условий и усложнившихся общественных отношений, в которых стали появляться институты частной собственности и политические институты. Это утверждение подтверждает и тот факт, что до наших дней не дошло ни одного матриархального общества, кроме, быть может, нескольких изолированных и архаичных сообществ, что само по себе является так-же подтверждением этой мысли. Давайте теперь отвлечёмся от древности и посмотрим на современность...

Мы видим, что общество перестало быть патриархальным по своей форме, женщины на законодательном уровне совершенно уравнены в правах с мужчинами, а по ряду вопросов имеют даже больше преференций. Да, стереотипы и культурные архетипы живут в нас, но ряд богатых западных стран усиленно с этим борются на законодательном уровне вплоть до попыток искусственного выравнивания численного соотношения мужчин и женщин в той или иной профессиональной сфере - т.е. принимают на работу и подвергают сокращению по половому признаку. Я думаю, что даже феминистки согласятся со мной, что на юридическом уровне общество не патриархально, их аргументы сводятся преимущественно к оперированию данными статистики, а не к ссылкам на законы. Можно ли сказать, что западное общество не патриархально? Я думаю, что перестав быть патриархальным по своей форме, оно остаётся патриархальным по содержанию

Капиталистическое общество во многом даже более агрессивно и сильнее ориентировано на конкуренцию, чем традиционное. Да, его методы конкуренции стали изощрённее и хитрее, его оружием стала не только грубая сила, но и культура, и пропаганда, и экономические манипуляции. Культ силы и борьбы отчасти заретушировался культом успеха и потребления, но не изменил своей подлинной сути, потому что успех в обществе конкуренции - это успех сильного над слабым, везучего над неудачником. В обществе продолжают цениться ряд качеств, которые были традиционно маскулинными: агрессивность, напористость, инициативность, соперничество, готовность рисковать, независимость. Таким образом, любое общество конкуренции - это общество патриархальное в том смысле, что будут культивироваться преимущественно маскулинные качества. От традиционного патриархального общества с чёткими гендерными ролями каждого пола современное постпатриархальное отличается только тем, что культивация маскулинности распространяется теперь на всех членов общества, а не только на мужчин. Сейчас женщины стали включены во всеобщую капиталистическую конкуренцию и потому не могут не приобрести ряда маскулинных черт... Современный феминизм третьей волны культивирует именно маскулинные качества. А потому женщина глазами современного феминизма - это в какой то степени мужчина с вагиной и бюстом. Если говорить о войне полов, то она началась относительно недавно и разгорелась уже в наше время, так как феминизм предоставляет включённым в конкуренцию женщинам возможность использовать ряд дополнительных средств борьбы.

Эммелин Панкхёрст
Эммелин Панкхёрст
Клара Цеткин и Роза Люксембург
Клара Цеткин и Роза Люксембург
Необычайно одарённый и развитый человек, Симона де Бовуар является иконой феминизма, предтечей его второй волны — правда я сильно сомневаюсь, что современные феминистки третьей волны читали её. Среди них, кстати, находятся и те, кто обвиняют Симону в… женоненавистничестве!
Необычайно одарённый и развитый человек, Симона де Бовуар является иконой феминизма, предтечей его второй волны — правда я сильно сомневаюсь, что современные феминистки третьей волны читали её. Среди них, кстати, находятся и те, кто обвиняют Симону в… женоненавистничестве!


Говоря о феминизме, всегда надо уточнять - о каком конкретно феминизме идёт речь. Исторически сейчас у нас феминизм третьей волны, и он кардинально отличается от первого феминизма, к которому относят как немецких коммунисток Клары Цеткин и Розы Люксембург, так и Эммелин Панкхёрст, лидера суфражистского движения Великобритании. Едва ли эти люди были бы рады тому, что их записывают в одну, пусть условную, компанию - Панкхёрст приложила немало усилий для того, чтобы коммунистические идеи не распространялись среди английских рабочих и не приветствовала сочувствие левым идеям в рядах суфражисток. Первая волна феминизма боролась с юридической дискриминацией женщин, так как женщины ещё в начале 20 века были существенно ограничены как в экономических, так и в политических правах - про последние вернее сказать, что их у женщин практически не было. Впрочем, ещё в середине 20 века в ряде европейских стран вроде Швейцарии и Франции с политическими правами женщин было туго (в некоторых кантонах Швейцарии право голоса у женщин появилось лишь в 1991(!) - и дело не в том, что там диктатор-женоненавистник у власти, а в том, что Швейцария - это одна из немногих стран с подлинной народной демократией и таково было волеизъявление народа - читай, швейцарских мужчин). Первая волна феминизма в полной мере достигла своей цели - женщина стала наделена всей полнотой политических прав.


Вторая волна феминизма стала подниматься в 50-ые и в полную силу зашумела в 60-ые. Она была поднята в связи с тем, что хоть юридически женщины и имели те же права, что и мужчины, но фактически образ жизни не особо поменялся. Впрочем, экономическая картина, например, в США в 60-ые годы была такова, что мужчина, имеющий работу, реально мог содержать супругу и всю семью, что давало возможность осуществляться культурной инерции - т.е. гендерная роль женщины, несмотря на юридические изменения, не поспевала в своих изменениях за политической эволюцией. В глазах общественного мнения роль женщины так и оставалась традиционной - роль жены, матери и домохозяйки. Важно отметить, что с этим многие женщины были совершенно согласны, более того, и в настоящее время найдётся немало женщин, которые мечтают воплотить именно эту гендерную роль, но вернёмся в середину ХХ века. Те из женщин, кто хотел вести активный, деятельный образ жизни, были возмущены такой фактической картиной, их совершенно не устраивала такая культурная парадигма, которая считает подлинно человеком лишь мужчину, а женщина - это, словами Симоны де Бовуар, это "второй пол", это субъект, это всегда "другой", это приложение мужчины. И для феминизма второй волны объектом борьбы стали эти культурные паттерны, довлеющие над обществом.

Феминизм второй волны был не в пример предшествующему значительно более размыт в своих целях и методах борьбы. Многие считают началом второй волны издание книги многократно упоминаемой выше Бовуар "Второй пол" в 1949 году, но немногие помнят, что она, помимо того, что была философом-экзистенциалистом и подругой Сартра, была ещё если не коммунисткой, то человеком с ярко выраженными левыми, антикапиталистическими взглядами и потому в конце второго тома пишет: "Мир, общество, где мужчины и женщины были бы равноправны, нетрудно вообразить, так как это как раз то общество, которое обещала советская революция: женщины, получившие одинаковое с мужчинами воспитание и образование, будут работать вместе с мужчинами на одних и тех же условиях и за равную зарплату..." Но на Западе внимание обратили главным образом на культурные составляющие труда Бовуар; левая идея, широко распространённая среди интеллектуалов Запада, не была и не могла быть мейнстримом. Феминистки второй волны избрали объектом своей борьбы не экономический (т.е. фактический), а культурный уклад общественной жизни, что само по себе достаточно неопределённо и размыто - должно быть, поэтому масштабы их деятельности не шли ни в какое сравнение с масштабами тех же суфражисток с их громкими акциями гражданского неповиновения, или левыми активистками, участвующих в движении за права рабочих с присущими ему атрибутами: митингами с политическими требованиями, забастовками, стачками.

Я нахожу закономерным, что третья волна феминизма начинает свой отчёт в 1991 году, в год гибели СССР и окончательного распада "соцлагеря". Разумеется, это не напрямую связанные события и то, что Ребекка Уолкер написала статью "Становясь третьей волной" именно в 91 году - это не более, чем совпадение, но всё же... Вторая волна включала в себя социалисток и левых активисток Запада - к примеру, знаменитая Анжела Дэвис была ярким представителем этого течения - но после уничтожения СССР всё левое движение значительно ослабло, а те представители правозащитного и феминистического движения, которых можно назвать правыми (либеральными) наоборот - стали значительно активнее. Третья волна феминизма отличается своей активностью, яркими пиар-компаниями, демонстративностью. Вторая волна феминизма мне представляется значительно более рефлексирующей и демократичной, открытой для дискуссий и размышлений, чем нынешняя третья, которая демонстрирует полную бескомпромиссность. Феминизм с самого начала не был единым движением, но именно сейчас он раздробился на огромное количество течений: поп-феминизм, лесбийский феминизм, радикальный феминизм, либеральный феминизм, сепаратистский феминизм, анархо-феминизм и т.д. - это лишь малая часть феминизмов, которые существуют в настоящее время. Мне кажется, что это дробление отчасти связано с бескомпромиссностью третьей волны - у каждого течения свои цели и свои видения средств достижения этих целей. К примеру, сепаратистский феминизм говорит об полном отделении мужчин от женщин, а экофеминизм грезит о Старой Европе с культом триединой белой богини. И что-то мне подсказывает, что они друг с другом никогда не договорятся, но всё же есть то, что их объединяет - это недовольство текущим положением дел. Каждая волна феминизма с чем-то боролась, но не каждая из этих волн имела чёткие цели борьбы. По большому счёту, они были только у первой волны, представители которой действительно боролись за равноправие - юридическое и политическое равноправие. Вторая и тем более третья волны боролись уже только ПРОТИВ, но не имели определённой цели, они не боролись ЗА и потому их правильнее назвать не борцами, а бунтарями. Вторая волна выступила против патриархальной культуры, не предоставляя чётко сформированной альтернативы и, как я думаю, без глубокого понимания самой сути патриархата. Третья волна борется уже не столько с культурой, сколько с маскулинностью мужчин и феминностью женщин, т.е. с устоявшимися гендерными ролями, борется с пугающей яростью и фанатизмом. То, что современные феминистки нередко объединяются с ЛГБТ движением в своих акциях и митингах так же говорит о борьбе не столько за равноправие, сколько о борьбе с гендерными ролями и так называемыми традиционными ценностями. И главными носителями традиционных патриархальных ценностей и, соответственно, виновниками во всех бедах современности объявляется мужчины. Обычно этот посыл носит скрытый характер, а на первый план выносятся лозунги о свободе и равноправии. Но различные направления радикального феминизма более откровенны и его представители не стесняются в выражениях. В какой-то степени современный феминизм третьей волны - это идеология ненависти, который по сути ничем не отличается, например, от антисемитизма или любого другого воинствующего национализма. 

"Во всём виноваты евреи" - говорит антисемит и мы осуждаем его - быть может даже подвергаем суровому остракизму. "Во всём виноваты мужчины" - говорят ряд деятелей феминизма и тут мы почему-то проявляем терпение и толерантность к чужому мнению. Мне вспоминается известная феминистка Андреа Дворкин, которая, будучи еврейкой, активно проводила параллель между притесняемым еврейским народом и женщинами, а потому закономерно пришла к выводу, что женщинам необходимо создать своё государство. Кстати, до того, как нацисты пришли к решению окончательно закрыть еврейский вопрос, они тоже косвенно способствовали созданию еврейского государства, так как был период, когда цели сионистов и нацистов полностью совпадали: первые грезили об обретении своего государства, а вторые стимулировали немецких евреев к эммиграции в Палестину (см. соглашение Хаавара). Холокост как таковой начался уже значительно позднее... Радикальная феминистическая мысль тоже не стояла на месте и ещё одна известная феминистка Валери Саланж высказалась за физическое уничтожение 90% мужчин. Ещё она прославилась тем, что попыталась убить Энди Уорхола, трижды выстрелив ему в живот, за что получила только три года тюрьмы - должно быть, по году за выстрел. Само покушение на Уорхола, кстати, очень меня удивляет, ведь он был геем... Ещё больше меня удивляет то, что современный феминизм не особо-то поспешил откреститься от этой своей представительницы - а ведь по таким случаям могут судить по всему движению! Как же репутация? Впрочем, всё зависит от целей и если цель в том, чтобы запугать оппонентов, то такие персонажи могут даже возводиться в герои. Думаю, что сейчас в ряде стран Запада действительно сложилась такая ситуация: феминизма просто боятся. В последние годы стала набирать обороты тенденция устраивать травлю в средствах массовой информации отдельным людям, которые по тем или иным причинам стали центром внимания феминисток. Люди лишались рабочих мест, подвергались остракизму, издевательствам и эмоциональному насилию даже в отсутствии доказательной базы или даже опровержений в суде всех обвинений, как это было с Ианом Бурумой. Или по совершенно абсурдным поводам, как это было с математиком Теодором Хиллом. Судя по всему, математика тоже может быть патриархальной (сексистской) или феминистской - прямо как "арийская" и "еврейская" физика в Третьем Рейхе. И да - я неоднократно слышал и читал словосочетание "феминистские исследования". Постойте, но ведь феминизм - это идеология, а исследования - это наука. Абсурдно же было бы говорить об "либералистском исследовании" или "коммунистическом исследовании", но вот феминистские исследования существуют! Исследования, но не просто исследования, а феминистские... Очевидно, что цель таких исследований - это не поиск истины, а обоснование феминистской идеологии.

Борис Мединский

Февраль — март 2019

 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic